denilkhanov (denilkhanov) wrote,
denilkhanov
denilkhanov

«МЯУКАЮЩАЯ ДИВИЗИЯ»

В Санкт – Петербурге на Малой Садовой улице есть памятник блокадным котам Ленинграда: бронзовый кот Елисей примостился на уровне второго этажа Елисеевского магазина,
а напротив него – кошка Василиса, она поселилась на карнизе дома

Скульптуры были установлены в 2000 году, сначала Елисею (25.01) затем Василисе (1 .04). Три человека принимали участие в создании этой композиции: автор идеи – Сергей Лебедев, скульптор – Владимир Петровичев, спонсор – Илья Ботка. А клички коту и кошке придумали сами жители города.

История создания такого памятника берёт своё начало от событий Великой Отечественной Войны. С 8 сентября 1941 года в Ленинграде началась 900 – дневная блокада. В городе нечего было есть, люди умирали от голода.

Были съедены даже домашние животные, в том числе и кошки. И в это время появились крысы, много крыс, целые полчища крыс.

Страшной зимой 1941-1942 годов блокадный Ленинград одолевали крысы.

Жители города все больше умирали от голода, а крысы плодились и размножались, передвигаясь по городу целыми колониями.

«Тьма крыс длинными шеренгами во главе со своими вожаками двигались по Шлиссельбургскому тракту (ныне проспекту Обуховской обороны) прямо к мельнице, где мололи муку для всего города.

В крыс стреляли, их пытались давить танками, но ничего не получалось: они забирались на танки и благополучно ехали на них дальше»,— вспоминала одна блокадница.

Были созданы даже специальные бригады по уничтожению грызунов, но справиться с серым нашествием они были не в состоянии.

Мало того, что крысы сжирали те крохи пищи , что ещё оставались у людей, они нападали на спящих детей и стариков, появилась угроза эпидемий.

Никакие средства борьбы с крысами не давали эффекта, а кошек — главных охотников на крыс — в Ленинграде уже давно не было:
всех домашних животных съели — обед из кошки бывал порой единственной возможностью сохранить жизнь.

«Соседского кота мы съели всей коммунальной квартирой еще в начале блокады». Такие записи не редки в блокадных дневниках. Кто осудит умиравших от голода людей?

** но все же были люди, которые не съели питомцев, а выживали вместе с ними. и сумели их сохранить :
Весной 1942 года полуживая от голода старушка вынесла своего такого же ослабевшего кота на улицу на солнышко. Со всех сторон к ней подходили совершенно незнакомые люди, благодарили за то, что она его сохранила.

Одна бывшая блокадница вспоминала, что в марте 1942 года случайно увидела на одной из улиц «четвероногое существо в потертой шубке неопределенного цвета. Вокруг кошки стояли и крестились какие-то старушки (а может быть, это были молодые женщины: тогда трудно было понять — кто молод, кто стар). Серенькое диво охранял милиционер — длинный дядя Степа — тоже скелет, на котором висела милицейская форма...»

12-летняя девочка в апреле 1942 года, проходя мимо кинотеатра «Баррикады», увидала толпу людей у окна одного дома: они заворожено смотрели на лежащую на подоконнике полосатую кошку с тремя котятами. «Увидев ее, я поняла, что мы выжили»,— вспоминала эта женщина много лет спустя.

***
Сразу же после прорыва блокады было принято постановление Ленсовета о необходимости «выписать из Ярославской области и доставить в Ленинград четыре вагона дымчатых кошек» — дымчатые по праву считались наилучшими крысоловами. Чтобы кошек не разворовали, эшелон с ними прибыл в город под усиленной охраной. Когда «мяукающий десант» прибыл в полуразрушенный город, моментально выстроились очереди.

В январе 1944 года котенок в Ленинграде стоил 500 рублей — килограмм хлеба тогда продавался с рук за 50 рублей, а зарплата сторожа составляла 120 рублей в месяц. «За кошку отдавали самое дорогое, что у нас было,— хлеб,- рассказывала блокадница. - Я сама оставляла понемногу от своей пайки, чтобы потом отдать этот хлеб за котенка женщине, у которой окотилась кошка».

«Мяукающая дивизия» — так в шутку называли прибывших животных блокадники - была брошена в «бой». Сначала кошки, измученные переездом, осматривались и всего боялись, но быстро оправились от стресса и принялись за дело. Улицу за улицей, чердак за чердаком, подвал за подвалом, не считаясь с потерями, доблестно отвоевывали они город у крыс.

Ярославские кошки достаточно быстро сумели отогнать грызунов от продовольственных складов, однако полностью решить проблему сил не хватало. И тогда прошла еще одна «кошачья мобилизация». На сей раз «призыв крысоловов» был объявлен в Сибири специально для нужд Эрмитажа и других ленинградских дворцов и музеев, ведь крысы угрожали бесценным сокровищам искусства и культуры. Набирали кошек по всей Сибири.

Так, например, в Тюмени собрали 238 «лимитчиков» в возрасте от полугода до 5 лет. Многие люди сами приносили своих животных на сборный пункт. Первым из добровольцев стал черно-белый кот Амур, которого хозяйка сдала с пожеланиями «внести свой вклад в борьбу с ненавистным врагом».

Всего в Ленинград было отправлено 5 тысяч омских, тюменских, иркутских котов и кошек, которые с честью справились с поставленной им задачей — очистили город от грызунов. Так что среди современных; питерских барсиков и мурок почти не осталось коренных, местных. Подавляющее большинство — «понаехавшие», имеющие ярославские или сибирские корни. Говорят, что в год прорыва блокады и отступления фашистов была разгромлена и «крысиная армия».

P.S. так что, товарищи - выживальщики , голод -голодом, а без "мурки с васькой "
при выживании не обойтись , это факт.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments